Я – твой должник  - Софи Кинселла

– Нет! – пугаюсь я. – Тебе нельзя!

– У меня здесь ничего нет.

Райан старается говорить спокойно, но в его голосе звучит ненависть к себе самому.

– Есть! Должно быть! Может, я…

И я прикусываю язык.

– Что ты? – Райан внезапно настораживается.

– Я…

Черт! Я отпиваю вина, чтобы потянуть время и утихомирить ураган в голове. Минуту назад идея предъявить эту расписку как настоящее обязательство казалась мне немыслимой. От одной только мысли дрожь пробирала: это мерзко и нагло, невозможно – и все.

Но теперь мои рассуждения принимают другой оборот. Может, я чересчур щепетильна? А вдруг я действительно спасла для Себастьяна миллионы? Что, если он и правда мне должен по-крупному?

И потом, из Райана получится отличный сотрудник. Умный, опытный. Он многое повидал. Он заслуживает своего шанса, и взглянем правде в глаза: одного резюме действительно может оказаться мало. Это жесткая борьба. А если я ничего не предприму, Райан просто уедет в свой Лос-Анджелес, и мы даже не успеем…

В конце концов, Себастьян всегда может сказать «нет». И эта мысль придает мне решимости. Если что – просто откажет.

– Я это сделаю, – выпаливаю я и залпом глотаю вино, чтобы не передумать.

– Ты моя путеводная звезда! – говорит Райан и целует меня так, что голова идет кругом. – Настоящая звезда. За Фикси!

Он поднимает бокал, и у меня вспыхивают щеки.

– Что происходит? – спрашивает Лейла, появляясь на кухне с сигаретами Джейка.

– Фикси нашла Райану работу! – объявляет Джейк и одаривает меня полной обожания улыбкой.

– Фикси! – восклицает Лейла. – Ты просто чудо!

– Правда ведь? – Райан обнимает меня за плечи.

Я греюсь и купаюсь в лучах восхищения. Это так непривычно. И так мило. Райан снова придвигается, чтобы поцеловать меня, а заодно поглаживает мое бедро – и последние сомнения исчезают. Я раздобуду Райану работу, он полюбит меня за это, Джейк будет впечатлен – все счастливы!

После того как я закончила убираться на кухне, мы собираемся у телевизора, но сосредоточиться я не могу. Все мысли о Райане, который сидит рядом со мной бедром к бедру и обнимает меня за плечи. Мы снова вместе? По-настоящему?

– Ладно, мы поехали, – говорит Джейк, когда заканчивается шоу, и Лейла тотчас встает. – Райан, ты с нами?

– Нет еще. – Райан еле заметно сжимает мою руку. Я еще побуду здесь. Фикси, не возражаешь?

– Все отлично. – Голос у меня слегка охрипший. – Конечно. Почему нет?

И как мне удается говорить спокойно, когда внутри все вопит: «Он остается! Он остается?!»

Может, в душ слетать?

Нет. Ни шагу от него.

Больше года прошло. Я вообще понимаю, что делаю?

– Понятненько. – Джейк приподнимает бровь. Лейла подходит, чтобы поцеловать меня на прощание, и ее глаза блестят от волнения.

– Фикси, ты такая хорошенькая, – шепчет она мне на ухо. – Вот только… Пробор…

Она ерошит мои волосы. А в следующее мгновение вытаскивает блеск и снова касается моих губ. Финальный штрих?

– Спасибо, Лейла.

Я не могу сдержать улыбки. Лейла коротко сжимает мою ладонь, слово в пожелание удачи.

И вот они уходят, и мы остаемся вдвоем. Наконец. Секундная пауза – и Райан наклоняется снова, но на этот раз целует по-настоящему, глубоко, поддерживая мою голову. Все мое тело откликается на это. Как же мне не хватало его!

Я сама не ожидала, что настолько истосковалась. Две крошечные слезинки появляются в уголках глаз, и я тотчас смаргиваю их – не хватало, чтобы Райан подумал, будто все так серьезно. Ничего подобного. Просто я думала, что это больше не повторится. Никогда.

Я перевожу дыхание: он еще горячее, чем прежде. Такой накачанный! Бицепсы вдвое больше, чем в прошлом году. Я провожу ладонью по широкой, твердой, как скала, груди, и от нахлынувших чувств перехватывает дыхание.

– Пойдем наверх? – с трудом выдавливаю я. Райан кивает и выводит меня из комнаты.

– Большая у тебя кровать? – шутит он на лестнице, и до меня доходит: он же никогда не бывал в моей спальне! В прошлом году он жил в пустующей квартире кого-то из своих друзей в Канэри-Уорф. Мы все время проводили там, на роскошной кровати королевских размеров.

Ну, моя поскромнее, но хорошо я хоть простыни вчера поменяла.

– Нам хватит, – улыбаюсь я.

Втаскиваю его в комнату, и мы валимся на кровать, катаемся по ней, целуясь, и Райан расстегивает мою блузку, а я – его рубашку. Наконец наши пальцы сплетаются, и я хихикаю.

– Ну ладно, – с наигранной серьезностью говорит Райан. – Давай по очереди.

Он стаскивает рубашку, и у меня перехватывает дыхание при виде загорелого мускулистого торса. Райан феноменален. Я вижу, как он разглядывает свое отражение в зеркале, и восторженно выдыхаю:

– Ну, ты даешь!

– Да, – небрежно кивает Райан. – Каждый день отжимаю по сто кило.

– Заметно! – Голос, надеюсь, передает мои чувства. – Потрясающе!

Не скажу, чтобы я разбиралась в отжиманиях, но звучит впечатляюще. У меня есть пара гантелек, но они по пять килограммов. Как можно вообще поднять сто? Ему кто-нибудь помогает? Этот вопрос вертится у меня на языке, но я спохватываюсь, что он неуместен.

– Потрясающе! – повторяю я вместо этого. – Ты так круто смотришься!

– Ты еще круче, – говорит Райан, стягивая с меня блузку. – Боже, Фикси, как мне тебя не хватало! Надо было тебе ехать со мной в Лос-Анджелес. Может, тогда все сложилось бы по-другому.

Я растерянно хлопаю глазами. Мне – в Лос-Анджелес? Райан раньше и не заикался об этом. Я бы туда быстрее молнии прилетела.

– Не припомню, чтобы меня приглашали! – Я стараюсь говорить весело и шутливо.

– Не надо мне было тебя отпускать. – Райан качает головой. – Это была крупная ошибка. Ты и я, и это хорошо.

Его руки скользят по моему телу.

– Просто хорошо, понимаешь?

«Конечно! – вертится на языке. – Еще как понимаю!»

Но я же не настолько голову потеряла. Или не совсем настолько.

– Мы же вместе, – хрипло говорю я. – Так давай… наслаждаться моментом.

И я шутливо опрокидываю его на кровать. Райан наклоняется, чтобы поцеловать меня, и застывает.

– Что это?

И он с любопытством смотрит через мое плечо. Я слежу за его взглядом и замираю в ужасе. Вот дерьмо. Ну я и дура!

Беда со спальнями в том, что к ним привыкаешь. Не замечаешь ни выцветшего абажура, ни скрипучей дверцы гардероба, ни стопки книг в углу. Ни выстроившихся на подоконнике школьных сувениров, где на почетном месте фото в рамочке – угадайте, чье?